Грибной дождик

Глядя на дождь в окне, Лейла поежилась. Чашка горячего шоколада со столетним пряным пиратским ромом согревала совсем не так, как ей грезилось. Бочонок долгие годы путешествовал по морям на корабле знаменитого Флинта в его личном запасе и навевал, исполненные романтики, жгучие грезы о невероятных событиях, забавных случаях, изобилующих пикантными моментами, и путешествиях.
Хотелось унять эту страсть, но сидя дома, вряд ли стоит рассчитывать на подобные приключения. Можно было, конечно, позвонить в колокольчик и приказать позвать парочку горячих парней, но все это было не то…

— Все надоело, – капризно вздохнула дьяволица и вылила какао в горшочек с цветком.
— Позволите дать вам совет? – учтиво спросил старый дворецкий, с пеленок прислуживающий своей взбалмошной госпоже.
— Я и забыла, что ты разговаривать умеешь, – усмехнулась Лейла. – Бомби, раз уж начал.
— Если вы поделитесь частичкой своего опыта с юной особой, то сами сможете открыть для себя нечто новое. Поверьте мне, – это приятно. Станьте наставницей, поделитесь, и скука покинет вас, но придет интерес к жизни. Даже нечто изведанное окажется для вас новым и занимательным.
— Мудрая мысль. Пожалуй, я позволю тебе чаще открывать рот.
— Благодарю, госпожа.
— Вели-ка послать за той дерзкой пигалицей, любительницей снов наяву.
— Вы говорите о Люси?
— Да, о ней. Пусть пошлют за Люсильдой и седлают коней. Встретимся с ней воочию. Я хочу прокатиться в грибной лесок. Давно не осматривала наши угодья.
— Как прикажете.
— И принеси мне какао с ликером, и мороженое, и пусть после обеда кончится дождь! – Лейла надула губы и отвернулась к окну. На лице ее блуждала таинственная улыбка.

После обеда дождь кончился, – о том, сколько душ за это пришлось заплатить, история умалчивает. Когда, поигрывая хлыстом, и мурлыча себе под нос какую-то песенку, Лейла вышла во двор, то она увидела двух оседланных великолепных скакунов и сияющую от счастья Люсильду.
— Ну что ж, по коням, – почти сухо скомандовала дьяволица, запрыгивая в седло.

После полуторачасовой бешеной скачки Лейла наконец-то остановила коня и оглянулась. К ее приятному удивлению, ученица почти не отстала.
— Похоже, из тебя выйдет толк, – удовлетворенно кивнула она.
— За вами, – хоть на край света.
— Приятно чувствовать себя кумиром. Но слишком много не льсти. Не люблю приторные лакомства.
— Честно говоря, я тоже. Но как-то само получается. Я, как бы, пытаюсь ухаживать за вами, – покраснела девушка.
— Не стоит. Ты получишь желаемое и даже больше. Но если хочешь со мной подружиться, то будь умней, сильнее и сдержанней. Тут рядом. Поедем медленно через лес.

— Где это мы? – заулыбавшись, спросила Люси, когда они выехали на полянку, сплошь усеянную самыми разнообразными по величине и расовой принадлежности мужскими достоинствами.
— Это лес грибов-фаллосов, – ответила, лукаво улыбаясь, Лейла. – На вид и на ощупь они совершенно неотличимы от настоящих членов, – даже температура приемлемая, – вот, разве что, больше размером. Они шевелятся, подрагивают, становятся мягче-тверже, в общем, ведут себя совсем как живые.

Грибы эти растут не только в тени деревьев и на полянках, подобных этой. Если молодой крепкий гриб хорошенько потрогать, то он брызгает белой густой наркотической жидкостью, похожей на сперму; старые же достигают поистине гигантских размеров, (до пяти футов в длину), и извергаются сами, как бешеные огурцы.

Когда их споры попадают на стволы деревьев, скалы, или шкуру животных, то они мгновенно прорастают и пускают корни. Поэтому в грибном лесу фаллосы часто украшают деревья, камни и даже спины животных. Один такой дикий жеребец, с прекрасным членом на изящной спине, был недавно пойман лесничими и продан за кругленькую сумму.
— Не верю, что ты упустила этого жеребца.
— Покупатель действовал через подставных лиц, и мне так и не удалось заполучить эту занимательную игрушку.
— Эх, жаль, – мечтательно произнесла Люси. – А я бы прокатилась на двух — трех грибочках, понежилась бы на полянке, предалась эйфории… если бы их семя не было таким плодовитым.
— Опасаться следует только старых перезревших грибов. Видишь, – вон тот уже сгибается под собственной тяжестью, – Лейла хлыстом указала на метровый, склонившийся над кочкой гриб-фаллос.
— Да, вижу, – Люси остановила коня и с удивлением стала наблюдать, как спешившаяся Лейла подошла к грибу.

Уверенным движением дьяволица схватила гриб руками в перчатках, будто большую толстую змею, ниже головки. Выглядело это так, словно она намеревается задушить дикий лесной фаллос. Почувствовав, что сопротивление сломлено, Лейла хищно улыбнулась, и направила гриб на свою спутницу.

Глаза Люси округлились от страха. Она натянула поводья, готовая ко всему. Лейла рассмеялась, отогнула напряженный ствол к дереву и ослабила хватку. Спустя мгновение мощная струя спермы изверглась из гриба и, попав на дерево, зашипела на нем, будто жгучая кислота.
— Утром споры прорастут, и уже через день ты могла бы приехать сюда, отведать молодого грибочка, – сказала Лейла, развратно улыбаясь.
— К чему ждать завтрашнего дня, когда уже сейчас перед нами целая поляна наслаждения? – голос Люсильды немножко подрагивал, но страх, как правило, всегда предшествует новому сильному и необычному удовольствию.
— И то верно. Привяжи коней к дереву и присоединяйся, а я пока кое-что разыщу.

Лейла начала внимательно исследовать ближайшие кочки, а ее юная спутница послушно спешилась и привязала коней.
— Что ты ищешь? – спросила она Лейлу.
— Иди сюда, посмотри, – ответила дьяволица, раздвигая траву.
— Грибочки, – произнесла Люси так сексуально и так манерно, что Лейла невольно заулыбалась и стрельнула глазами.
— Не простые грибочки, – сказала она, прикусив губу. – Эти маленькие мерзавчики всегда растут рядом. Сведущий знает, как их нужно использовать.
— Сведущий знает, а ведьма ведает, – прошептала Люси так, словно уже была под кайфом.
— О, да я вижу, – ты уже ела нечто подобное, – прищурилась Лейла. – Что ж, так даже лучше, но эти грибы действуют совершенно иначе, если употребить их тут, перед нашей забавой.
— И сколько надо их проглотить?
— Поляна сама даст тебе столько, сколько необходимо. Просто расслабься и оглядись вокруг.

Люси отошла немного в сторонку и тут же увидела на большой кочке новую молодую семейку грибков-зонтиков. Одиннадцать штучек, – таких розовых и аппетитных, словно пищащих: «Съешь меня». Почувствовав себя, на мгновенье, Алисой в стране чудес, Люсильда проглотила грибы и огляделась вокруг в поисках Лейлы. Увидев свою наставницу раздевающейся возле коней, она поспешила последовать ее примеру.

— Не против, если сперва мы слегка разогреемся? – спросила дьяволица свою молодую подругу.
— Я доверяю тебе, веди меня, – прошептала Люсильда.
— Ты вся дрожишь. Не бойся. Это грибы начинают действовать. Пойдем, приляжем на травку. Я согрею тебя.
— Эта трава такая мягкая. Она живая и теплая, как шкура огромного зверя, – бормотала Люси, млея от прикосновений и ласок Лейлы.
— Грибной лесок принял тебя. Смотри, как они к тебе тянутся. Еще немного, и ты будешь готова оседлать свой первый гриб.

Голос Лейлы был грудным, бархатным, низким, невероятно сексуальным. Каждое ее слово, вибрацией контральто, пронизывало тело   Люси, как медленный разряд электричества, от мозга, по позвоночнику, разбегаясь по коже, заставляя твердеть соски, заканчиваясь вибрирующей ноющей непреодолимой похотью глубоко между ног.

Когда пальцы Лейлы проникли в горячую влажную пещерку, Люси изогнулась и крикнула. Она упала на спину, закатив глаза, но вскоре, нащупав рукой твердый, но нежный фаллос, вновь открыла их и принялась делать минет, чувствуя, что вокруг все начинает меняться. Оторвавшись от такого приятного на ощупь языка инструмента, дрожащего, и готового освободиться от напряжения, Люси огляделась вокруг.
Один за другим, на поляне возникали мужчины. Красавцы модельной внешности, качки, брутальные мачо, полные шарма шпионы, женоподобные уни, длинноволосые стрелки и яркие разноцветные панки; татуировки и пирсинг, бледные и загорелые, покрытые шерстью и безволосые… самцы разных типов, – все, кто когда-то вызывал у нее интерес, все, о ком она грезила, мастурбируя в одиночестве иль отдаваясь надоевшим любовникам, были теперь у ее ног, готовые выполнить любое желание, каждую прихоть.

Видя, что Лейла, распустив волосы, стонет в объятиях двух чернокожих атлантов, Люси не растерялась. Словно ища защиты, она села на готовый уже взорваться член, который только что сама довела до изнеможения, и позволила ему оросить свое лоно, то напрягая, то ослабляя натренированные мышцы влагалища. Когда первая горячая струя спермы растеклась внутри, девушка почувствовала что-то неладное. Ее тело потеряло часть веса, перед глазами вспыхнули разноцветные искры, а в ушах заиграла какая-то безумно-красивая мелодия. Оргазм, усиленный в десять раз наркотическим действием грибного сока, длился так долго, что Люси не выдержала, и потеряла сознание.

Вновь очнувшись, она сразу же ощутила на себе поцелуи, нежные прикосновения доброго десятка холеных, но сильных мужских крепких рук. Кто-то заботливо и аккуратно перевернул ее лицом вниз и, смазав и спину и ноги чем-то очень приятным, (похоже, она догадалась, – чем),  принялся делать массаж. Как не старалась, Люси не могла понять, сколько рук гладят и ласкают ее, но это было настолько приятно, что ей оставалось только получать удовольствие и постанывать.

Вскоре усталость и опьянение покинули девушку, сменившись бодростью и новым, всепоглощающим желанием секса.

Меняя партнеров через каждые пять минут, прилежная ученица Лейлы перепробовала всех. Она принимала в себя по два и по три сразу, давала поставить себя в такие позы, которые ей и не снились, упивалась спермой, кусалась, царапалась, визжала, скулила, стонала, смеялась как сумасшедшая, плакала, выла, словно волчица…
А потом появился он, – могучий красавец атлант с голубыми глазами и золотой короной на лысой голове. «Сам король грибного леса пожаловал на встречу с тобой», – раздался в голове Люси заискивающий старушечий голос.
Не говоря ни слова, король взял ее на руки и отнес на неведомо откуда взявшуюся кровать с балдахином. Увидев набухающие орудие устрашающих размеров, Люси хотела было уже убежать, но лесной властитель, легко справившись с сопротивлением, без помощи рук нашел истекающий смазкой вход и тут же заполнил ее всю, до отказа.

Спустя мгновение боль сменилась безумным удовольствием, и, впившись ногтями в мускулистые руки своего палача, девушка начала требовать:
— Еще! Еще! Порви меня к чертовой матери. Я умираю! Убей меня!

Люси была тигрицей, диким зверем, адским яростным монстром, словно обезумевший от желания дух вселился в ее прекрасное тело, готовый пожертвовать жизнью ради наслаждения плоти. Король постепенно разошелся. Вскоре он уже входил в нее в полный рост, каждым новым движением увлекая все дальше и дальше от глупой реальности, поднимая на самую вершину блаженства. Люси чувствовала, что сходит с ума, и была этому рада. Все вертелось, кружилось, плыло куда-то в розовом звенящем тумане; казалось, что не будет конца этому странному безумному наслаждению, но он, все же, настал.

Достигнув пика, юная демонесса воскликнула и полетела. Она почувствовала, что стала паутинкой, которую уносит, лаская ее, все выше и выше поток теплого восходящего воздуха, и, пока не наступит зима, ей не вернуться на землю. Только став снежинкой, она медленно упадет вниз и растворится, затеряется среди миллионов снежинок, таких одинаковых и таких неожиданно-разных. А если кто-то возьмет ее на ладонь, то она растает и вновь воспарит вверх, маленьким невидимым облачком…

— Я снежинка.
— Снежинка, снежинка, – ласковый голос Лейлы доносился откуда-то издалека вместе с заунывною вьюгой.
— Ты эхо?
— Я снежная королева, и я приказываю своей снежинке открыть глаза.
— Я не хочу таять.
— Если не хочешь таять, то встанешь и пойдешь со мной.
— Хорошо, я только досмотрю сон.
— Открой глаза.

Люси почувствовала, что начинает замерзать. Она шла сквозь снежный буран в тоненьком летнем платье. Холодный колючий ветер пронизывал ее тело до самых костей. Не в силах больше идти, она упала, но снег не таял под ней. Холод пронизывал ее, проникая все глубже в душу.

— Ты как ледышка.
— Я снежинка.
— На самом деле сейчас тепло. Если хочешь стать настоящей девочкой, то просто пойми, что это сон, и перестань мерзнуть. Это сон.
— Это только лишь сон…

Люси взяла снег в ладонь и поняла, что он совсем не холодный. «Я сейчас действительно сплю, а значит, могу делать все, что мне заблагорассудится!», – мелькнула догадка у нее в голове. Встав на ноги, она развела руки, как крылья, и взмыла вверх.

— У тебя недостаточно опыта, чтобы летать в моих снах, – раздался чей-то зловещий бас.
Внизу стоял лысый лесной король, и натирал тряпочкой свою золотую корону. Люсильда почувствовала, что падает и проснулась.

— Ну, наконец-то! – обрадовалась Лейла. – А то, я уж думала оставить тебя тут до завтра.
— Ты хотела меня бросить одну?
— Я думала, что ты уже не вернешься, – пожала плечами Лейла. – Пойдем, умоешься. Тут неподалеку ручей. Ты вся в сперме, как порноактриса.
Лейла рассмеялась, а вслед за дьяволицею заулыбалась и Люси, мгновенно вспомнив все, что с нею случилось. Потрогав себя между ног, она вздрогнула и издала жалобный стон.
— Это было на самом деле? Черт, я снова кончила.
— Пошли умываться, милая нимфоманка. Скоро закат, а из этого леса можно выбраться только верхом.

Люси поднялась и, слегка пошатываясь, пошла по тропинке вслед за своею наставницей, любуясь на ее силуэт, гордую осанку и походку, от которой вскипает мозг.
— А если бы я умерла? – спросила Люси, с удовольствием поливаясь водой из берестяного ковшика.
— Думаю, ты была близка к этому, – ответила Лейла. – О смерти размышляй сама. Мне почему-то не хочется. Я живу для того, чтобы получать удовольствие и радоваться жизни.
— Хорошо, буду думать о смерти одна, – несколько театрально, с грустью произнесла Люси.
— Дурочка, – усмехнулась Лейла, и облизнулась, хищно глядя на замерзшие молодые груди своей ученицы. – Еще успеешь встретить своего всадника на бледном коне.
— О чем это ты?
— Забей. Это просто из одной глупой сказки.

***WD***

Данный текст является эпизодом «Ев. от Лейлах». 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.