Глава 58. Хрен моржовый

Глядя, как красное густое вино из тонкой изящной амфоры наполняет бокал, Самаель медленно набивал трубку. Он с удовольствием вдыхал затейливый медовый аромат табака, ничем не выказывая нетерпения или же недовольства.

— Итак, – сказал он, наконец-то прикурив и с наслаждением пару раз затянувшись. – Я очень признателен тебе за то, что ты спасла Асмодея, но, – чем мы обязаны такому радушному приему?
— Разве я не могу быть просто любезной с отцом своей дочери? Или ты не рад нашей встрече? – слегка прищурив глаза, ответила Атрагарте.
— Лучше не юли – говори прямо, – что тебе от нас нужно?
— Сам подумай, – чего может хотеть мать, у которой возникли проблемы с дочерью подростком?
— Айрин уже шестнадцать. Хоть у вас время и идет медленней, но поздно уже ее перевоспитывать.
— Я хочу, чтобы ты забрал ее к себе, а мне помог зачать еще одного ребенка, – медленно и четко произнесла королева русалок.
— Насчет второго, – всегда пожалуйста. Но как ты представляешь себе жизнь русалки на суше? Ей ведь вода нужна, да и выглядит она весьма… экстравагантно.
— Скоро сюда прибудут Лейла и Нагиля. Я в курсе всех ваших последних дел. Вы с Лейлой можете решить эту проблему. И не делай вид, что мы тебе безразличны, – ты мог бы и не оставаться в воде вместе с Асмодеем.
— Будь добра, – поясни. Я не уверен, что вполне тебя понимаю, – прижав тлеющий табак прямо пальцем, спросил Самаэль.
— Вот, значит, как? – Атрагарте отпила немного вина и пристально посмотрела в глаза архидемону. – Живя в море, мы почти лишены тех сомнительных радостей, которые вам дает ненасытный научный прогресс. Но, не тратя силы на развитие технологий и, не попадая от них в зависимость, мы сохранили и преумножили в себе иные способности. Переспав с тобою однажды, я получила доступ ко всему, что ты знаешь и видишь. Я не использовала это во вред тебе, но мне известно даже то, о чем ты только догадываешься. Лейла скоро покинет тебя, и надолго. Ты сам поможешь ей в этом, но перед тем, как исчезнуть, она исправит не только свою ошибку судьбы.

Услышав последние слова Атрагарте, Самаэль отложил в сторону трубку и залпом выпил вино.
— Хочешь сказать, – ты знаешь о том – что именно задумала Лейла? – произнес он с сомнением в голосе.
— А ты что, даже не удосужился спросить дочь, – зачем ей нужна книга?
— Мало ли, чего хотят девчонки. Я доверяю Лейле и стараюсь не быть навязчивым или чересчур любопытным.
— Это хорошая черта, но ты мог бы иногда и понять ее пытаться.
— Вот только не надо мне этих душещипательных нравоучений, – сказал Самаэль, свирепо сверкнув глазами. – Хочешь сказать, что ты – идеальная мать?
— Твоя правда, – опустила глаза Атрагарте. – Я была слишком увлечена собой и не заметила, как наша дочь стала заядлою наркоманкой. Она хорошая девушка и прекрасный медиум, но, развивая свои способности, незаметно переступила черту.
— Думаешь, что жизнь на суше пойдет ей на пользу? У нас соблазнов отнюдь не меньше, а возможностей больше.
— Нам стоит попробовать. Ты единственный, к кому она относится с уважением. К тому же, она будет очень полезна тебе.
— С уважением? – грустно усмехнулся Самаэль. – Да мы с ней даже не знакомы практически.
— Это ты не знаешь ее.
— В смысле?
— Айрин  всегда наблюдала за тобой. Радовалась за тебя, переживала. Она настолько увлеклась вашим миром, что даже стала немного комплексовать из-за своей внешности, мечтая о встрече с тобой.
— Думаешь, – здесь она чувствует себя чужой?
— Сам спроси ее об этом.
Атрагарте щелкнула пальцами, и невидимая доселе прислуга скрылась за расписными ширмами.
— Подожди, ты хочешь, чтобы мы прямо сейчас побеседовали?
— Испугался? Не переживай, – она будет рада увидеть наконец-то отца.
— И все-таки, ты стерва, – пробормотал Самаэль, снова набивая свою любимую трубку.

Улыбаясь, как женщина, привыкшая побеждать, Атрагарте вышла из комнаты, если так можно было назвать отгороженное высокими японскими ширмами пространство каменного грота.
Русалки могли привести в благопристойный вид и благоустроить любое подходящее место, но строить по-настоящему они не умели.

Ждать Самаэлю пришлось недолго. Едва его трубка как следует разгорелась, – перед ним возникла красивая зеленая девушка и тут же закашлялась от ароматного дыма. Немного смутившись, архидемон захлопнул крышечку трубки и поднялся навстречу. Русалка сперва закусила губу, но тут же, как-то виновато сконфуженно улыбнулась.
— Привет, папа, – сказала она, словно дочь, задержавшаяся допоздна на вечеринке.
— Привет, дочка, – ответил как можно более беспечным тоном Самаэль, – слова эти, из уст сурового властелина нижней Геенны звучали немного комично.
Вероятно Айрин обладала еще большим даром медиума, нежели ее мать, потому что руки Самаэля сами открылись для объятий, и русалка с удовольствием обняла его и чмокнула в щеку. Почувствовав под руками холодную влажную кожу, демон непроизвольно содрогнулся. Минуту они стояли, оба смущаясь, потом Айрин сказала:
— Разве моя мать не так же холодна?
— Она все-таки не моя дочь. К тому же, у нее горячий темперамент.
— Фу, и не стыдно тебе говорить мне такое? – фыркнула Айрин.
— Я думал, что ты уже достаточно взрослая.
— По вашим меркам мне еще нет и тринадцати, – кокетливо заявила русалка.

Не смотря на юный возраст и зеленую кожу, выглядела она весьма привлекательно. Красивое благородное лицо, длинные густые волосы, совершенное тело взрослой девушки, но отнюдь не Лолиты. Заметив, что Самаэль ею любуется, Айрин удовлетворенно хихикнула и грациозно присела в удобное кресло.
— Мы должны обсудить с тобой просьбу Атрагарте, – сказал  Самаэль, с сожалением глядя на потухшую трубку.
— Мне все известно. Я согласна оставить море и жить у тебя. Обещаю не доставлять хлопот, но у меня будет одна небольшая просьба.
— Я слушаю тебя, – насторожился Самаэль.
Айрин достала из своей сумочки жабу и дважды лизнула ее. Волосы на голове русалки встали дыбом, будто наэлектризованные, а глаза засветились. Спустя мгновение Самаэль ощутил, что его накрывает и окутывает защитное магнитное поле.
— Когда Лейла откроет книгу, – продолжала Айрин, как ни в чем не бывало, – я хочу на минуту овладеть тобой.
— Ты хочешь, чтобы я пустил тебя к себе в голову?
— К тебе в голову я могу попасть в любое время без всякого приглашения, – сказала Айрин, ничуть не смущаясь. – Но, с твоего согласия я смогу управлять твоим телом.
— Зачем тебе это?
— Как ты думаешь, – сколько пройдет времени, прежде чем книга откроется вновь? Я не Лейла, – у меня почти нет шансов попасть в библиотеку.
— Ты хочешь воспользоваться книгой самостоятельно, – кивнул Самаэль. – Могу я все же поинтересоваться, с какой целью?
— Это касается только меня, но может быть полезно и тебе, – лукаво улыбнулась Айрин.
— Я согласен.
Умение быстро принимать важные решения было присуще Самаэлю с самой юности, – незаменимое качество для лидера и господина.
— Хорошо, я буду ждать.
— Разве ты не отправишься вместе со мной?
— Здесь моя родина, – сказала русалка, сняв магнитную сферу, словно щелкнув невидимым выключателем; волосы ее упали на плечи, глаза обрели нормальный янтарный блеск. – Я хочу как следует попрощаться с подводным миром. Мне нужно время.

Русалка, при желании, может стать обычной женщиной. На один из таких способов, как раз и намекала Атрагарте. Но море не прощает измен. Пройдя долгое и мучительное обращение, буквально сменив кожу, дитя моря уже не может вернуться в родную стихию. Зеленое море становится теперь для него опаснее «царской водки». Стоит бывшей русалке, каким-то образом попасть в соленую воду, – ее ждет страшная и мучительная смерть – ultima mortis.

— Ты права, – увидимся, когда будешь готова, – сказал Самаэль, улыбаясь одними глазами, и потянулся за трубкой, словно давая понять, что разговор окончен.
Ответив ему, как прежде, лукавой улыбкой, Айрин зашла за ширму и нырнула в пещерное озеро, служившее единственным входом и выходом из подземного грота.

Оставшись один, Самаэль открыл крышечку трубки и заставил вновь тлеть табак взглядом. С наслаждением попыхивая трубкой, он погрузился в своеобразную медитацию. Клубы синего дыма, подсвечиваемые узким лучом света пламени, бьющего в щель между ширмами, причудливо извивались и закручивались в замысловатый узор. Постепенно становясь все более материальными, изысканные фракталы завитков превращались в дымчатый мрамор.

Свет полной Луны блуждал в стенах мраморного дворца, дрожал серебром на отполированном до зеркального блеска, благородном узорчатом камне. Сидя в ажурной беседке, Прозерпина смотрела на плывущие внизу облака и огромное ночное светило*.

— Полнолуние – маленький праздник, – тихо сказал Самаэль.
— Ты прав, архидемон, – грустно ответила Прозерпина.
— Не такие уж мы и разные. Неужели, грустишь по сумасшедшему подземному миру?
— Насколько мне известно, – ты тоже предпочел темное умиротворение и единовластие светской суете и интригам верхнего Ада.
— Мне импонирует твоя неоднозначность, но я здесь по делу, – сказал Самаэль, присаживаясь рядом.
— И какое же может быть у тебя ко мне дело, призрак?
Прозерпина послала Самаэлю воздушный поцелуй. Фигура его, сотканная из тончайшей ледяной пыли, слегка колыхнулась, но осталась цела. Воля архидемона была невероятно сильна даже в совершенно чуждом ему и недосягаемом мире.
— Призрак — не призрак, но ты меня выслушаешь и сделаешь так, чтобы никто не узнал о нашей беседе, – ответил уверенно Самаэль.
— Будь по-твоему, – произнесла Прозерпина с напускным равнодушием, делая едва заметный пасс кистью руки.

В каменном морском гроте раздался крик боли и ужасные женские проклятия. Вдоволь начертыхавшись, Атрагарте подошла к Самаэлю и пристально посмотрела в его остекленевшие глаза.
— Что же ты задумал, хрен моржовый? – задумчиво пробормотала она.

***WD***

*В данном отражении – на Олимпе, – Земля действительно плоская.

следующая глава

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.