Глава 49. Кто убил Лору Палмер?

Панк лежал на пихтовых ветках и глядел в сумрак, постепенно все дальше и дальше удаляясь от неприютной земли. Пред ним мелькали непрерывной чредой короткие яркие красочные видения, – одни красивые, другие мрачные и настораживающие. Постепенно не связанная между собой вереница образов и отрывков в голове адского сенситива снова начала выравниваться в ломаную сюжетную линию. Только тогда, когда он увидел Лейлу, все стало понятным и непохожим на сон буйного сумасшедшего.

Взлетевшая так высоко, что даже облака стали туманом, Лейла наслаждалась полетом. Она проверяла свои крылья на прочность и силу –училась летать наяву. Впрочем, – это умение априори присутствовало у нее в крови, – жило в ее дьявольских генах. Поймав нужный восходящий поток теплого воздуха, она парила, двигаясь теперь в сторону одного из своих замков – Шато-афэр*, который использовала чаще для светских раутов, заседаний совета директоров и прочих деловых встреч.

Ветер играл ее волосами, ласкал нежной прохладою кожу, но не остужал, а лишь раздувал адское пламя в груди. Замок приближался. Взмыли ввысь сторожевые серые соколы. Их клюв мог проломить череп, как яичную скорлупу, но, признав в странном существе госпожу, гордые птицы вернулись на свои сторожевые посты и снова принялись созерцать, мир вокруг  – небо и землю.  В одной из башен замка, – в ее спальне забеспокоились церберы. Один пес подошел к окну и издал тонкий протяжный приветственный вой. Зверь первым почуял хозяйку – понял, кто летит сейчас, приближаясь с огромной скоростью, к ним.
В зимнем саду, за разноцветными витражными стеклами, в плетенных из лозы креслах расположились некоторые приближенные Лейлы. Все они имели рекомендации от Люцифера и отлично справлялись со своею работой. Как и во всякой конторе, – примерные, льстивые, готовые угодить мирные бизнесстрадальцы, – они с наслаждением разорвали бы в клочья свою начальницу, чтобы отнять у нее силу и полномочия. Но превыше этого господа гиерархи жаждали отомстить за моральное унижение, – служение юной особи женского пола, являющейся, хоть и дочерью Лилит, но не первородной, как большинство из присутствующих.
Зимний сад охранялся самими растениями и являлся, пожалуй, единственным местом в чертогах, за которым не велось наблюдение. Прятаться у начальства под носом, – искусство, знакомое всем офисным бездельникам и интриганам.

Дьяволица почувствовала их – ощутила ауру собрания, заговора, причастность к событию в озере. Всего пятеро достопочтимых господ, имеющих высокие титулы, обладающих незаурядным умом и хитростью, но не наделенных той властью, что у нее, общались теперь, обсуждая план дальнейших их действий.
Каждый из них являлся членом тайного общества, созданного богатейшими семьями «по образу» земного братства масонов, для контроля за окружающим миром. На примере Балшазара и Аксиила заговорщики убедились, что никто из них на деле не защищен этим «братством», и просчитывали теперь для себя варианты верных ходов.
Услышав вой цербера и почуяв опасность, рыцари Преисподней собрались спешно, но не теряя достоинства, покинуть Шато-афэр.

Природа хищницы и демонессы в эту секунду одержала верх над аристократкою Лейлой. Разбив витраж, она буквально ворвалась в зимний сад и, без всяких вопросов, одного за другим принялась рвать на куски своих верных вассалов.
Делала дьяволица это жестоко и изощренно, нанося удары когтями в самые болезненные места, сдирая скальпы, красиво отделяя от костей мясо, подвешивая их за собственные кишки на деревья, вырывая глаза, позвоночники и вытягивая из врагов жилы.

В завершение своего кровавого пиршества, демонесса осыпала свои художества семенами нескольких видов плотоядных цветов-симбиотиков. Вскоре ее сад украсят новые удивительные представители дьявольской флоры, – не живые, но и не мертвые, обреченные на бесконечные муки полудемоны-полурастения – источник изысканных фруктов-деликатесов, а также чистейших наркотических и незаменимых, редких дорогих снадобий.

Оставив растерзанные тела медленно «прорастать», Лейла приняла свой обычный облик и встретила вбежавших слуг и охранников с абсолютно невинным выражением лица. Отдав им несколько приказов, дьяволица велела вызвать на балкон личного доктора. Им был карлик по имени Миша*, – самый искусный хирург в ее окружении и, к тому же, обаятельный и весьма неплохой массажист, способный развлечь самую прихотливую девушку.

— Хорошо, что ты прихватил свой чемоданчик, – улыбнулась Лейла. – Нам предстоит небольшое путешествие.
С этими словами она схватила доктора и спрыгнула вместе с ним с балкона. Крылья расправились в самый последний момент, не дав ей разбиться о скалы, и они взмыли ввысь, взяв направление к озеру Lago del mundo.

Когда дьяволица, – сделав это не вполне мягко, – приземлилась рядом с Асмодеем и Нагилей, то в ее голове тут же прозвучал настойчивый мужской властный голос:
— Дочь, я чувствую тебя, поговори со мной.
— Да отец, но нам лучше бы встретиться.
— Я уже рядом, посмотри вверх.
Лейла подняла глаза и увидела парящего в вышине под облаками дракона. Так зависают в небе горные орлы, почти неподвижно паря на восходящих потоках теплого воздуха.
— Спускайся к нам, я обо всем расскажу тебе, – прошептала дьяволица.
— Хорошо, только предупреди Нагилю и Асмодея. Они должны будут молчать.

Пока тень, похожая на дракона медленно плавно снижалась, доктор принялся за свое дело. Он не задавал никаких вопросов, – лишь взглянул на умирающую рядом рыбину и ухмыльнулся.
Сделав на теле глубоководного чудища разрез резекционным скальпелем, Миша извлек шприцем его желчь и сделал инъекцию Асмодею.
— Только не шевелись, – умоляюще предупредил карлик, когда демон пришел в себя. – Теперь придется потерпеть, – сожми свой ремень зубами.
Нагиля обняла Асмодея и сунула ему в зубы пояс из прочной кожи, сложив его пополам.
Вооружившись странным моноклем, иглой и тончайшими нитями из шелка паука-кругопряда, Миша начал соединять разрубленный спинной мозг.
— Только море может спасти его, – сказал маленький доктор, когда закончил свою работу. – Я лишь помогу ему не погибнуть и остаться самим собой.
Нагиля вскочила в испуге, когда рядом с ними грузно приземлился  дракон-Самаэль.
— Черт бы тебя побрал! – воскликнула Лейла.
— Я тоже рад тебя видеть, доченька…. Ты прекрасна.
— А ты просто монстр какой-то. Машина для убийства!
— Чудовище! – добавила Нагиля.
— Не стану оправдываться. Мне много пришлось воевать в старые времена, ну и, конечно же, немного усовершенствовать свой истинный облик.
— Простите, но если я наложу ему шины на спину, лорд Самаэль, вы сможете отнести его к морю? – спросил карлик.
— Валяй, – ответил архидемон и достал свою трубку.
— Отец, давай отойдем, и я обо всем тебе расскажу.
— Думаю, – в этом нет нужды, если, конечно, я не разменная фигура в твоей игре, Лейла, – заметила Нагиля.  – Пусть лучше Миша пойдет – искупается.
— С вашего позволения, я лучше пройдусь, – возразил было доктор, но почувствовав на себе взгляды присутствующих, немедленно принялся раздеваться.
— Считай это небольшой наградой и отпуском, – сказал Самаэль, сбрасывая Мишу с большой высоты в озеро.

После того, как со всем этим было покончено, Лейла начала свой рассказ. Внимательно выслушав дочь, Самаэль ухмыльнулся и призадумался.
— Теперь мне многое становится ясно, – сказал он наконец. – Люцифер непременно узнает обо всем, но лучше, если это произойдет не сейчас.
— Лорд Самаэль, я не хочу торопить, но… Мне кажется, что он умирает, – тревожно произнесла Нагиля.
— Отец, прошу тебя, сделай это для нас… Спаси его. Я полечу вместе с тобой, – добавила Лейла.
— Я помогу ему, но нам надо быть начеку. Ты, Нагиля, будешь стоять тут, как домашняя курица, или полетишь с нами?
— Я, курица? – Нагиля бросилась на Самаэля и, получив сокрушительный удар, отлетела прочь.
— Вставай мелкая трупоедка. Это все, на что ты способна?
Нагиля рассвирепела теперь не на шутку. Собрав все силы, она поднялась, отерла кровь и снова бросилась на Самаэля. Тот подхватил ее, словно куклу и, играючи, поднял в небо. Ведьма  кусалась, царапалась, но Самаэль только смеялся и поднимался все выше.
— А теперь скажи мне, – на что ты способна ради него?
— Вам-то что? – крикнула Нагиля и почувствовала, как хватка демона внезапно ослабла. С огромной высоты она упала в низ, во все еще бурлящее светящееся озеро Lago del mundo.
— Что ты сделал, отец? – воскликнула Лейла.
— Подожди минутку, – ответил демон.

Спустя пару минут, на берег вышла довольная Нагиля. В руках она держала какую-то зубастую змееобразную рыбину. За ее спиной, наливаясь кровью, расправлялись большие красивые крылья. Собравшись, было запустить рыбиной в Самаэля, она вдруг передумала, ухмыльнулась и, бросив дохлую тварь на берег, сказала:
— Я лечу с вами.
— Вот и замечательно, – сказал Самаэль. – Теперь вы знаете еще одну тайну этого озера. Надеюсь, что у вас хватит ума не посвящать в нее никого, даже самых родных и близких?
Нагиля склонила голову и собиралась уже что-то сказать, когда Лейла прижала палец к губам, почуяв опасность.
Все подняли глаза наверх. На козырек вышли насколько знатных придворных демонов, (никому из обычных к Lago del mundo попросту не пройти). Следовали они, вероятно, воле тех самых господ, что направили к озеру с особой миссией Аксиила и Балшазара. Увидев, что происходит внизу, заговорщики решили тут же ретироваться, но что-то помешало это им сделать.

Взлетев на выступ, Лейла, Самаэль и Нагиля, увидели одного из песиков Люцифера, решившего почему-то прогуляться по мало кому известной тропе.
— Забавно, – заметила Лейла. –  Хотели проведать своих друзей? И что это всех, в одночасье, внезапно-так… потянуло к волшебному озеру?
— Вам от нас ничего не узнать. Люциферу же не понравится исчезновение его приближенных, – сказал Лекстор, – один из опытных политиков и военных.
— Безусловно. Уверен также, что вы уже выдумали тысячу различных версий, для ушей короля – практически, на любой случай. Но сейчас вы интересуете нас только как пища, – сказал Самаэль.
— Мы даже не допросим их? – спросила Лейла.
— А зачем? Правды все равно не услышим, да они и не знают ее, – ухмыльнулся демон.

******

Вдоволь напившись крови, закусив жестким сладким мяском, крылатая компания отправилась в путь к заветному морю. Самаэль нес на руках Асмодея, заботливо заштопанного и перевязанного врачом-потрошителем.  Лейла и Нагиля летели рядом, наслаждаясь полетом и новыми силами. Они поднялись выше облаков и теперь стремительно планировали над ними, словно над белым пушистым ковром, под ясным синим прохладным небом.

Зеленое море приближалось медленно, но как-то зловеще-неумолимо. Сначала появился его тонкий запах – ни с чем несравнимый аромат волшебной морской стихии; потом у летящих возникло ощущение, будто на них надвигается некий левиафан – исполинская немыслимая волна, пульсирующая и разумная.
Облака внизу стали реже и даже несколько позеленели; послышались пронзительные крики неугомонных безнаказанных хищных чаек. Теплый поток восходящего воздуха подхватил демонов, словно намереваясь откинуть назад, но Самаэль «лег на крыло», лихо развернувшись, и понесся вперед и вниз с еще большей скоростью. Последовав его примеру, дьяволицы завизжали от охватившего их восторга. Планировать с головокружительной высоты вниз, скользя по восходящему потоку, словно по невидимому горнолыжному склону, было неописуемо вдохновенно и невероятно захватывающе.
Наконец, достигнув цели, они приземлились на пустынный пляж тихой малоизвестной лагуны.

Приняв свой человеческий облик, Самаэль отнес Асмодея в воду. Сначала ничего не происходило, – вода словно распознавала вошедших в нее, решая их дальнейшую участь.
Каждый раз, входя в воды Зеленого моря, купающийся рисковал жизнью в прямом смысле этого слова. Море могло излечить смертельную рану, омолодить и даже регенерировать потерянную конечность, но способно было также убить, полностью поглотив и сделав частью себя, – по ведомой одному Нептуну причине, буквально съесть заживо. Тем не менее, Самаэль соблюдал невозмутимое спокойствие и продолжал стоять в воде, поддерживая Асмодея.

Нагиля хотела было тоже войти в воду, но Лейла остановила ее.
— Мы должны остаться на страже, – сказала она. – Враги могут напасть в любую минуту. Крутую же кашу мы заварили, сестренка.

Нагиля разумно промолчала и принялась любоваться на свой новый, устрашающий маникюр. Ее длинные острые черные ногти, могли теперь разделывать плоть, будто лезвия. Для нее ничего не стоило одним движением вырвать из груди трепещущее сердце или перерезать главные вены и сухожилья.
Полюбовавшись на себя и друг на друга, сестры расхохотались. Лейла не могла не заметить, что в глазах Нагили пробежала-таки искорка вожделения по отношению к ней.

— Только намекни, –  прошептала Лейла, неоднозначно глядя на сестру. – Мои двери всегда открыты для тебя.
— Может быть, вполне может быть, – ответила Нагиля без тени смущения.
Прошел почти час с момента их прибытия в бухту. Наконец-то в воде начало что-то происходить. Непонятно откуда взявшаяся волна захлестнула Самаэля с Асмодеем и унесла их в пучину моря.
— И что теперь? – спросила Нагиля.
— Знаю не больше твоего, – ответила Лейла. – Обычно так не происходит.

Сестры сели на песок и принялись ждать. Постепенно обе они расслабились, и к ним вернулся их прежний, более женственный облик.
— Ты подумала о том же, о чем и я? – спросила Лейла.
— Знаю я, о чем ты сейчас думаешь, – усмехнулась Нагиля.
— Я об Атрагарте, – сказала Лейла с улыбкой.
— Думаешь, она есть и тут?
Губы Нагили внезапно оказались всего в миллиметре от губ Лейлы, – полуоткрытых, алых, влажных и ждущих…
— Уверена в этом, – прошептала Лейла, нежно и скромно целуя Нагилю.
— Лейла, меня словно током от тебя щекочет, – не думала, что это так приятно, – Нагиля  принялась целовать сестру так, словно внутри нее проснулся дремавший до этого похотливый бесенок.
Возможно, так оно и случилось – только теперь их темные души почувствовали и смогли друг друга принять. А после объединились — слились воедино на недоступном пониманию уровне и озарили все вокруг теплым светом вспыхнувшей в них энергии.
— Люблю тебя, сестра, –  прошептала Нагиля, испытав опьянение от пока еще аккуратных и скромных ласк Лейлы.
— Я тоже люблю тебя сестренка, – ответила Лейла. Мирами правят женщины, а любовь – это наша зловещая сила.
— Почему сейчас?
— Все когда-то случается в первый раз, только вот Знания для некоторых так и остаются навсегда недоступны. Собаке не прочесть книгу. Неспособному любить не понять мир.
— Все когда-то бывает впервые, – эхом ответила Нагиля, растворяясь в объятиях Лейлы.

***WD***

*Château affaire – замок-сделка или замковая сделка. Между тем, affaire – случай, а affaires – бизнес. Если учесть исключительность использование французского языка высшими демонами, а также принять во внимание русское слово «афера», то становится примерно ясен смысл названия замка.

*Михаил или Майкл Острог, также известный как Доктор ГрантБертран ЭшлиКлод Клейтон (Кейтон)Эшли НабокоффОрлоффграф Собески (около 1833 и после 1904) предположительно русский мошенник, настоящее происхождение и имя которого так и не было установлено. Использовал многочисленные псевдонимы и обличья. Сам Острог утверждал, что служил хирургом на корабле ВМФ России, что никогда не было подтверждено или опровергнуто. Подозревался в совершении знаменитых убийств «Джека-потрошителя».

следующая глава

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.