Глава 37. Признание Персефоны

— Это игра или реальность? – спросила Нагиля, оказавшись в апартаментах для гостей, занимающих без малого целый этаж дворца.
— Обычно в играх Lago del mundo, все происходящее больше похоже на грибные галлюцинации или на сновидение после эльфийского пива, чем на действительность, – задумчиво произнес Асмодей. – Не помню, чтобы в этих видениях все было настолько реальным. К тому же, в игре, как правило, вскоре забываешься – уходишь в нее с головой, – здесь же я полностью осознаю себя и все помню прекрасно.
— У меня есть кое-какие соображения по этому поводу, – пробормотала Нагиля, глядя на вошедшего молодого франта со шпагой. – Но я поделюсь ими с тобой попозже.
— Не хочу показаться невежливым, но позвольте ввести вас в курс дела, – сказал молодой рыцарь, скромно кашлянув в кулак с зажатой в него белой перчаткой.
— Давай, Авалон, чеши все, что знаешь про этого подонка, – ответила Лейла, принимая в кресле одну из своих излюбленных поз.

Юноша потянул пальцем шелковый галстук-шарф, снова тихонько кашлянул – теперь уже от смущения, – и приступил к подробному докладу. Минут пять спустя, Лейла остановила его и сказала:
— Все это неинтересно и утомительно. Как его достать? Выманить не получится, значит, – надо заслать своего агента. Это провернуть нам по силам?
— Они пристально следят за судами. Иногда нападают на них, если чувствуют слабину, – ответил Авалон.
— А если, мы инсценируем твое бегство, Асмодей? Представим тебя, как любовника Коры, скрывающегося от гнева Аида, – предложила насмешливо Лейла.
— Лучше будет пустить дезинформацию, о перевозке важного преступника, ненавидящего власть и имеющего влияние. Тогда они точно сами захотят меня освободить, – предложил архидемон.
— Эта роль тебе подойдет меньше… Но, договорились. Решено. Займешься этим, Авалон? – спросила Лейла рыцаря тоном, от которого ему стало не по себе.
— Сделаю в лучшем виде, – ответил юноша, облизывая губы.
— Я хочу быть уверена в том, что ты лично этим займешься и организуешь все, включая корабль, на котором повезут Асмодея, – сказала дьяволица. – Пошепчемся немного наедине в другой комнате? – добавила она, увлекая его за собой.
— Может, и нам не стоит даром терять время? – мурлыкнула Нагиля, пристально глядя на своего спутника.
— Полностью согласен с тобой, – ответил демон, поднимая ее на руки.

******

Вечером, после небольшой экскурсии по дворцу, по случаю прибытия важных гостей Персефона устроила скромный ужин. Круглый янтарный стол в малахитовой комнате, которую богиня называла «шкатулкой», сервировали на четверых. Теплый и легкий алый янтарь на фоне холодного камня располагал всех тех, кому посчастливилось сидеть за этим столом, к более чем приятельским отношениям и доверию. Однако… Berner Stein Drachenblut* рождался миллионы лет назад в жестоких лесных пожарах, вызываемых частыми тогда апокалипсисами – вспышками Божьего гнева.

Как следствие этого, «Кровь дракона» несла в себе не только мощный заряд позитивной энергии, но и могла разжечь страсть к убийству в участниках мирного застолья, – был бы лишь на то веский повод.

После аперитива и легких закусок настал черед блюд из мяса и дичи. Выбор оказался весьма велик, поэтому официанты, подходя по очереди к каждому, предлагали то или иное кушанье.

— Я ожидала, что нас станут тут потчевать кротами да рыбой, – приятно удивилась Лейла.
— Сегодня только деликатесы, – ответила Прозерпина с улыбкой. – Черви и земляные орехи – повседневные блюда.

Отрезав кусочек стейка, Нагиля недоверчиво скривила губы, но, положив мясо в рот, удивленно вздернула бровь, глядя на хозяйку застолья.

— Каждый найдет сегодня то, что ему больше всего нравится, – сказала богиня. – Вы желанные гости, и мне бы хотелось, чтобы вы пожелали вновь погреться у моего очага. Если, конечно же, уцелеете.
— Ты словно заранее прощаешься с нами, Кора, – ухмыльнулась Лейла.
— Ужин поздний, а день завтра будет нелегким, – советую всем как следует отдохнуть. Но лично тебя, Лейла, я приглашаю провести время со мной. Любишь маленькие секс-вечеринки?
— Звучит заманчиво… Почему бы и нет, – ответила Лейла.
— Вам же, как молодым влюбленным, рекомендую посетить ювелира. Подземный мир славится своими камнями. Уверена, что вас очаруют его украшения. Каждый может взять себе понравившуюся вещь, – будучи надетой на тело, она останется с вами по возвращении. Моя власть позволяет лишь малые фокусы, – так что – не обессудьте.
— Спасибо, обязательно подберу себе нечто особенное, – ответила Нагиля.

Этим вечером она была почти счастлива. Как ни крути, – игра стоила свеч… Во всяком случае, до сих пор.
— Похоже, что ты все-таки приколдовываешь потихоньку, – улыбнулась Лейла.
— Это не колдовство, – просто у меня есть некоторые скромные привилегии, – ответила Прозерпина.
— Очень скромные, – улыбнулся Асмодей, – нужна энергия звезды, чтобы воссоздать нечто, пусть даже малое, из сна или мысли.
— Если ты обладаешь достаточной силой, то почему до сих пор не разобралась с гоблинами?  – невинно спросила Нагиля.
— Вполне вероятно, что я и могла бы уничтожить их всех, но это невыгодно. Раса гоблинов имеет свое значение в жизни нашего мира. Они являются звеньями сложной взаимосвязи всего сущего, а связь эта образовывалась миллионами лет. Даже не представляю себе, что случится, если нарушить баланс. К тому же, – появились вы. И на кого, как не на гостей, пожелавших испытать себя в Lago del mundo, мне возложить эту опасную важную миссию. Надеюсь, что вас ждут увлекательные приключения, и вы получите то, зачем к нам пожаловали.

Ужин прошел в приятной дружеской атмосфере, – Прозерпина казалась просто ангелом во плоти; и даже, более того – влюбила в себя всех, словно красивая учительница подростков. Конечно, гости были слегка ошарашены некоторыми откровениями богини. И действовала она, надо сказать, против правил, но все приняли происходящее, как должное. Ну, или не совсем все…

— Ей известно о нас, если не все, то очень многое. А еще ломала комедию в гроте, – сказала Нагиля, после того, как они остались наедине с Асмодеем. – Знаешь, из чего были стейки?
— Догадываюсь, – ответил демон. – Скорей всего Прозерпина хотела подать нам какой-то знак.
— Все это неспроста… Ее игра мне пока непонятна, но нужно быть готовыми ко всему. Я не отправлюсь на прогулку по ночному городу без оружия.
— Согласен с тобой. Но разгуливать с мечом здесь мне кажется неуместным, – сказал Асмодей, снимая со стены одну из изящных шпаг.
— Ты прав, – великолепный клинок, – с такой игрушкой мне будет гораздо спокойнее.

Нагиля минуту посмотрела на шпаги и, почувствовав влечение, выбрала одну, словно созданную специально для нее.
Через минуту зазвонил колокольчик, и запыхавшийся лакей сообщил:
— Карета подана.

******

Две умопомрачительно красивые обнаженные женщины лежали рядом на огромной кровати. В воздухе витал запах марихуаны и наслаждения. Вокруг царил живописный эротический беспорядок.
— О чем думаешь? – спросила Прозерпина, занюхивая с мгновенно отросшего, длинного перламутрового ногтя порцию кокаина.
— Было здорово, – ответила Лейла. – Думаю, что это все слишком реально для галлюцинации.
— Я настоящая. Всего лишь, сплю, как и ты.
— Что-то в этом роде я и предполагала, – Лейла приняла у богини флакончик и, воспользовавшись маленькой золотой ложечкой на цепочке, что была к нему прицеплена, приняла зелье.
— Да, я – богиня, но одинокая и не слишком счастливая.
— А я – принцесса Преисподней, и тоже не слишком довольна своей судьбой.
— Я хочу взять тебя с собой. Хочу, чтобы ты провела данное мне судьбой время рядом со мной на олимпе.
— Это невозможно, – отелила Лейла, чувствуя,  как под действием порошка силы возвращаются к ней.
— Еще как возможно. По древнему греческому обряду девушки могут вступать в брак между собой. Если мы станем супругами, – ты по праву займешь свое место среди богов.
— Для брака нужно нечто большее, нежели простое влечение. Помимо игры, у меня еще остались незавершенные дела. Ко всему прочему, – мы ведь с тобой спим, – так что проку нам от того, что мы тут обвенчаемся?
— По нашим законам, – брак или соглашение, заключенные богами во сне, настолько же правомерны в реальности. «Что назовешь истиной в своих грезах, да станет истиной на небесах». – Прозерпина вновь потянулась к Лейле и гладила теперь ее ногу, наслаждаясь прикосновением к наинежнейший бархатной коже.
— Ты меня совсем не знаешь, – проворковала Лейла, млея от ее прикосновений.
— Я знаю тебя. Я знаю тебя очень давно. Я наблюдала за тобой долгие годы. Сначала ты просто нравилась мне как дьяволица, – мне доставляло удовольствие смотреть на тебя, на твои забавы. Потом я стала следить за тобой более пристально, – читать твои мысли. Меня коснулась боль твоей души, и я поняла ее, – ведь она так схожа с моей болью. Я полюбила тебя, как сестру, но вскоре поняла, что испытываю ревность ко всем тем, кто касался тебя.

Я хотела придти к тебе в образе прекрасного демона, но ваш мир для нас, – словно за толстым стеклом. Я хотела близости с тобою как женщина, но ты слишком сильно была поглощена своими заботами и не покидала пределов моей недосягаемости.
Теперь мы наконец-то встретились, и я чувствую, что не разочаровалась, что ты – именно та, о ком я мечтала. Не выдумка, не фантазия, не персонаж сказки, – ты настоящая, и… я люблю тебя.
— Это неожиданно. Ты мне очень нравишься… Даже больше, – я сама увлеклась тобой не на шутку, но мне все-таки надо подумать, прежде чем принять такое решение.
— Я не прошу тебя все немедленно бросить и, очертя голову, отправиться со мной во все тяжкие. Я даже пока не представляю себе, как можно провести еще одну рокировку, подобную той, что сейчас производит Лилит… Но мне хочется продолжать встречаться с тобой.
— Значит, ты в курсе всех наших дел?
— Не всех. Когда на сцене появляются Люцифер или Самаэль, – наблюдать за вами практически невозможно. Зато, кое-что о движениях их слуг мне известно.
— Вот как. И что же?
— Они предвидели, что Лилит может вернуться, и сделают все, чтобы это не произошло.
— Конечно, – они ретрограды и шовинисты, но посмеют ли они пойти против Нортона?
— Открыто – нет, но есть ведь множество иных способов помешать воссоединению этой пары.
— Хорошо, – сказала Лейла, вставая с кровати и наливая шампанское.
— Хорошо? – Персефона взяла предложенный ей фужер. – Вино не утолит моей жажды. Не уходи, останься со мной до утра.
— Я сразу почувствовала что-то неладное, – ответила Лейла, присаживаясь рядом. – Когда все идет слишком гладко, – стоит остановиться и оглядеться по сторонам.
— Что ты намерена предпринять?
— Грядет тихая небольшая война. У моего отца нет уже былой власти в верхнем мире, а то, что он мог бы мне дать, опечатано им Гавриилом и Люцифером. Мне нужен Асмодей, – Лейла пристально посмотрела в глаза Прозерпине. – Он, скажем так, – недостающая деталь в том механизме правления, что я стараюсь наладить.
— Я все понимаю. Без него Нагиля не справится с теми задачами, что ты собираешься на нее возложить. В мои планы не входило задерживать его слишком долго. Ко всему прочему, – разлучив его с Нагилей, я могла бы помочь их курортному роману перерасти в нечто большее. Не удивляйся. Мне многое известно о них и не только.
— Для моей сестры, это не курортный роман.
— Вот, пусть и докажет это.
— Предлагаешь нам после вернуться и выручить попавшего в беду Асмодея?
— Убьем сразу нескольких зайцев, – хитро прищурилась Персефона. – Но Нагиле, конечно же, лучше не знать этого. Пусть в критической ситуации примет противоядие.
— Тебе и об этом известно, – усмехнулась Лейла.
— Не забывай о том, кто я. Впрочем, пребывание здесь для меня тоже сопряжено с опасностью, – Прозерпина продемонстрировала Лейле свой перстень, щелкнув тайной пружинкой, – она открыла крышечку с камнем, внутри полости находилось немножко белого порошка. – Противоядие. Действует мгновенно, как цианид, – улыбнулась богиня.
— Есть способ сделать связь между нами двусторонней? – спросила Лейла.
— Да, есть камушки, обладающие такой силой, – Прозерпина сняла серьги, и протянула их дьяволице, – Эти зеленые сапфиры – единственные камни в природе, повторяющие цвет моих глаз. Посмотрев на них, ты сможешь войти в тонкий резонанс с моим божественным воплощением.
— Черт побери.
— Знаю, – ты подарила сережку одной юной ведьме, чтобы держать ее на поводке. Но для меня ты отнюдь не пешка, и я не собираюсь темнить с тобой. Эти камни не для контроля; они – часть меня.
— Слишком яркие, – не думаю, что подойдут мне.
— Я не всегда выгляжу так, как сейчас. Они могут настраиваться, но только пока на тебе. Снимешь, – и камни снова примут свой облик.

Лейла подошла к зеркалу и надела серьги. От мочек ушей по всему телу прокатилась теплая волна. Глаза ее, сияющие зеленым дьявольским светом, вспыхнули вдруг, словно демонесса запылала вся изнутри, одержимая ангелом.

— Часть моей силы теперь принадлежит тебе, – сказала Прозерпина. – Чтобы спрятать ее, – вспомни себя.

Лейла увидела в отражении, как подошла Кора. Она почувствовала прикосновение ее теплых мягких ладоней и медленно повернулась. Внезапно ей захотелось плакать. Какая-то вселенская грусть охватила сердце, сменившись вдруг трепетом и ощущением неземного блаженства. Это было таким прекрасным, окрыляющим наваждением, что дьяволица едва не упала в обморок. Она закрыла глаза, пошатываясь, поддерживаемая Прозерпиной, и попыталась сказать о том, что испытывает.

— Не надо слов, – прошептала богиня. – Вместе с силой тебе передалась и мои чувства, – частица моей любви к тебе. Теперь ты понимаешь, что я испытываю.

Их губы оказались совсем рядом, – они соприкоснулись, трепетно даря нежность друг другу, сливаясь в чистом искреннем поцелуе. Постепенно страсть начала закипать и овладела ими, наполняя неистовым сумасшедшим желанием.

******

Над радужным морем поднялось свечение. Достигнув перламутрового неба с черными звездами, весь видимый спектр радиоволн собрался воедино и воссиял, – пролился ослепительно-белым потоком, рассеиваясь в облаках на пронзительные лучи. Утро было прекрасным. Почувствовав на своей щеке свежее дыхание Прозерпины, Лейла открыла глаза.

Персефона не спала, – ее рука медленно скользила вверх по плоскому животику Лейлы. Потрогав упругую, по-девичьи молодую, но вовсе не маленькую грудь, богиня коснулась пальцами шеи, откинула упавшую на лицо волнистую прядь волос.

Лейла повернула голову, и их глаза, встретившись, засияли. Богиню и дьяволицу притянуло друг к другу. Окутав, словно пуховым одеялом, теплой волной неги и наслаждения, призрачный океан Афродиты затянул их в безумный водоворот воплощения страсти, – покружил, покачал, становясь все волнительней… А затем обрушился диким бушующим, стирающим из разума все вся штормом, и выбросил мягко на берег, оставив созерцать, но лишив на какое-то мгновение способности мыслить.
Прозерпина  упивалась красотой Лейлы, а Лейла не могла оторвать взгляда от вечно юной богини, сияющей теперь еще ярче, исполненной волшебным светом любви.

Лейла закрыла глаза. «Вспомни себя», – пронеслось у нее в голове. Это стоило дьяволице большого усилия. Постепенно, одна за другой, в голове начали возникать мысли. Вначале, даже не мысли, а легкие туманные образы, постепенно обретающие смысл и форму. Возвращение походило на процесс эволюции сознания, ускоренный в миллион раз.

Прошло несколько минут, прежде чем Лейла вновь решилась взглянуть на богиню. Свет в глазах дьяволицы постепенно стал менее ярким, – воля взяла верх над чувствами.

— Ты научилась, – произнесла обрадованно Прозерпина. – Я не ошиблась в тебе.
— А если б ошиблась?
— Сошла бы с ума. Частица твоего я растворилась бы в моей силе, и ты… Ты бы стала растением.
— Это жестоко, – с улыбкой заметила Лейла.
— Лучше быть растением, чем недосуществом без высоких чувств и хоть какого-то смысла в жизни.
— Я должна идти.
— Корабль с Асмодеем на борту уже отбыл из порта. Вы с Нагилей поплывете на следующем военном судне с отрядом, который я отправлю для его повторного задержания.
— К чему весь этот спектакль с нами?
— Завладев ментальной проекцией вождя гоблинов – его материализованным отражением, мы сможем воздействовать на него в реальном мире.
— Похоже на магию «Вуду». А если не удастся пленить его? И как мы найдем логово этого психопата?
— Нагиля почувствует Асмодея. Кольца с черными бриллиантами, выбранные ими друг для друга, усилят их духовную связь. Они теперь, словно близнецы. Один нос почешет, – другой чихнет.
— Ты бываешь в разных местах одновременно? Грезишь наяву?
— Только не тогда, когда целую тебя, – ответила Прозерпина.
— Ладно, я в душ. Потом навещу Нагилю.
— Поплавайте с ней в бассейне горячего источника. Минеральная вода творит чудеса, – после нее чувствуешь себя новорожденной. Встретимся за завтраком. Начинайте без меня, – я подойду позже… Ты ничего не забыла?

Лейла стремительно повернулась в танцевальном движении… Хищно улыбнувшись, она приблизилась к Прозерпине и подарила ей поцелуй. Игра начинала нравиться дьяволице.

***WD***

*Berner Stein Drachenblut – Бернский камень Кровь дракона. Бернский камень – Bernerstein, – янтарь по немецки. Такой янтарь существует и в Ассии, но встречается крайне редко.

******

 

Md – Фёдор Киселёв. Спасибо за фото, Федя)

Следующая глава

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.