Глава 9. Фаллос на подоконнике

Человек современный, цивилизованный, настолько привыкает к себе… в кожаной оболочке, чаще всего покрытой различной тканью, что при виде находящегося у него внутри, – именно у него, любимого, не кого-то другого, буквально приходит в ужас. Любуясь на торчащую кость, порванные сухожилия или же вывалившиеся кишки, он вполне может грохнуться в обморок. Еще страшнее узреть свою суть – увидеть воочию собственные духовные внутренности, свой, так сказать, астра-ментальный облик.
Помните портрет Дориана Грея из одноименного романа Уайльда, – каким чудовищем стало изображение прекрасного юноши, впитывая его грехи? Отчасти, все это – правда. Конечно же, не только поступки – дурные или хорошие, – отвечают за облик наших «бессмертных» душ. Первая их оболочка – тело астральное мало чем отличается от того, что мы имеем обыкновение наблюдать вполне повседневно. Дальше – сложнее. Тело сновидений – так вообще, возможно создавать по своему усмотрению. Правда, для этого необходим определенный навык, даже талант. Еще ваш облик во сне способен изменяться, стать совершенно иным, фантастическим или же – инфернальным. Иными словами – для сна нет никаких ограничений в его странном неведомом творчестве.

Что же до истинной глубокой внутренней сути духовной, обнажаемой лишь в Преисподней, перед лицом Всевышнего или пред взором очень редких людей, то она создается далеко не единым взмахом пера зодчего по имени Жизнь.
Бесспорно, глупо утверждать, что все мы реинкарнировали. Тем более что среди таковых, как это впрочем, ни странно, вы не отыщете ни одного раба, служанки, скопца или иуды – все они, как один, неизменно были в жизнях своих предыдущих Клеопатрами, графинями Помпадур, героями и королями. Забавно.

Действительно – древние души встречаются нам порой, но это большая редкость. Доказать сие можно, не затрудняясь, с помощью простой арифметики, – вся «экономика» Рая, Чистилища и Преисподней незамедлительно потерпела бы крах без свежих в нее инвестиций мира срединного, Ассии – генератора энергии и зверофермы.
Откуда же тогда порою в нас дремлет память о прошлых жизнях? Думаю, что ответ очевиден – в первую очередь, это вопрос крови. Именно генотип несет в себе львиную долю нашего душевного облика, нашего доступа к той информации и той скрытой силе, кои являются истинно потусторонними. Ибо не дано корове родить тигрицу, а гордому льву зачать проходимца шакала. Если же нечто подобное происходит, то в пору как раз вспомнить о реинкарнации… или «проверить на примеси» ДНК. Генотип, друзья мои, так же, как и фенотип* – это вам не пустой звук.

Так что же тогда, все-таки, увидел Странник в своем отражении? Не скажу. Ответ на этот вопрос намного сложнее, чем кажется, и у каждого – свой. Придет время – сами узнаете. А может, и не узнаете, но я в дальнейшем постараюсь поведать об этом тому, кто видит в строках не только лишь опечатки или возможность не столь постыдно, как прочие, убить свое драгоценное время.

Сказать, что увиденное Сергеем потрясло его до глубины души, было бы каламбуром, – ведь именно эту глубину, отраженную в глазах инфернального чудища он и узрел в своем дьявольском сне. Сразу же, вслед за этим ловушка, в которую угодил юный сталкер, отворилась и изрыгнула его назад в этот правильный и безыскусный мир.

Реальность представилось психонавту, как некий жидкий кисель, в котором воспарить невозможно, как тонкая незримая паутина, для нежных бездумных бабочек-душ, увязших в ней и ждущих с трепетом своего смертного часа – единственного возможного и дозволенного освобождения.
Жестокая гравитация сразу поставила парня на место, но новый глоток бренди ослабил ее, делая кожу толще, а восприятие действительности не столь болезненно-обостренным.

С легким отвращением оглянувшись вокруг, Сергей убедился, что его путешествие в страну жутковатых чудес завершилось. Кончились и короткие выходные – еще один мерзкий обман, делающий жизнь короче и заставляющий в ней периодически разочаровываться.
Проглотив мгновенно яичницу, запив ее пуншем из горячего чая и остатков «Слънчева бряга», познаватель отправился на работу. Там его и застало врасплох проклятие северной ведьмы.

Распилив пополам ментальную проекцию своего разума, спроецированную его же взором в сосновой доске, Сергей подал напарнику знак, остановил станок и пошел в курилку – обычный жилой балок, встроенный в цех лесопиления. В убежище этом, теплом и светлом, бригада проводила почти все свободное время.
В конторке неподалеку, где находился кабинет мастера, было гораздо цивильнее и просторней – даже стоял бильярд. Однако… родной уютный балок, пропахший опилками, спецовкой, мужицким потом, сивухой, салом и армейскими байками, стал для этих трудолюбивых простоватых парней едва ли не вторым домом – клубом, баром, церковью, библиотекой, веселой тусовкой и местом духовно-физического отдохновения. По идее, мужчины в этом плане очень хитры, – дома они умудряются отдыхать от работы, а на работе от дома.
Чтобы украсить свою скромную, но дорогую сердцу обитель, советские работяги расклеили на стенах фотографии из журнала «Die schоnsten Mеdchen der Welt»*, который попал в их руки в единственном экземпляре, и сразу же, завоевал души… невзирая на непонятный текст.

И вот, теперь, в глазах Странника эти милые прекрасные барышни выглядели так, будто живые эльфы в окошках. Они то и дело меняли позы, шевелились, строили глазки, а главное – разговаривали голосами русалок. Все выглядело гораздо чудеснее, чем в обычной неординарной реальности. Но, как и тогда у ручья, – который протекал, кстати, и рядом со злополучною лесопилкой, словно некий спутник и проводник сверхъестественного, – русалки говорили по очереди. Одно предложение они делили между собой, произнося слова разными голосами, что делало их музыкальную речь очень милой, довольно чудной и психоделической до невозможности.

Потусторонний мир, ворвавшись в жизнь парня через его безумие, использовал все, что угодно – любую подходящую мелочь, для того, чтобы жестко немилосердно заявить о себе и начать дьявольский диалог. Пока домашние новоявленные ворожеи и колдуны мастерили магические зеркала и покупали хрустальные шарики, в надежде узреть отражение запредельного, оно само являло себя во всем окружающем мире тому, кто лишь имел неосторожность слегка разозлить настоящую ведьму.
Вот, только старуха, видимо, слегка просчиталась, решив проучить Сергея подобным образом. Да и откуда ей было знать, что молодой лоботряс уже давно готов к настоящей встрече с миром ее диких местных чертей. Странник неоднократно путешествовал в ближайшие его отражения.
Не исключено, конечно, что опытная шаманка чувствовала в парне его причастие – узрела отпечаток неведомого, инфернальную метку, но всего знать она никак не могла, а в лучшие ее побуждения поверить можно было с очень большим трудом.

Так, или иначе, но Сергей стоял теперь перед осколком приколоченного к стене зеркала в окружении говорливых русалок и наблюдал за тем, как лицо его полосует незримое лезвие бритвы. Ощущать это все ему приходилось совершенно естественным образом, – боль была настоящей. Но раны не кровоточили, а медленно и неумолимо меняли его облик, сразу же заживая и приближая его к образу некого двойника, вне сомнений имеющего вес в иерархии темных сил астрального плана.

Увидеть Лукавого в зеркале вполне возможно – это не простая страшилка, – однако, выдержит ли ваша психика сей «душещипательный» адреналиновый аттракцион? Странник выдержал – преодолевая боль, он взглянул своему демону прямо в глаза. Как оказалось, впереди его ждало нечто еще более занимательное.
Когда ему наконец-то удалось оторвать взгляд от дьявольской амальгамы, то выглядел парень уже совершенно безумным и тихо бормотал что-то себе под нос, ведя диалоги с незримыми собеседниками. Стоило же кому-то из смотревших на него с опаской коллег задать какой-то вопрос, – он отвечал неизменно стихами. Сергей изо всех сил пытался казаться нормальным; стальной стержень разума, хоть и стал тонкой звенящей струной, но не оставил его, – просто он не мог мыслить иначе, как в стихотворной форме…

…И без какого бы то ни было усердья,
Он фразу каждую случайную свою
В катрен нехитрый превращал немедля,
Фехтуя рифмою, как шпагою в бою.

Примерно так.

Разумеется, все это его странное поведение не могло остаться незамеченным коллегами и начальством. Но, если первые готовы были принимать парня и в образе шизофреника, то чуточку вредная и вездесущая мастерица осталась весьма недовольна такой душевной метаморфозой своего подопечного…

Когда принцесса дивного захолустья Светлана Смирнова зашла в балок к работягам, то расплылась в надменной улыбке. Забавно выглядели мужички в комфортной старой спецовке на фоне жгучих обнаженных красоток, доступных им… разве что в образе однорукой любви. Забавно смотрелся среди плотно сбитых плебеев худой стильный юноша с упрямой гордой осанкой и довольно породистыми чертами лица. Аристократом веяло от него, как от стервы «Шанелью», что еще больше тешило самолюбие эдакой… властолюбивой хозяюшки деревянной горы.
Я говорю так, ибо все пространство от лесопилки до ближайшего леса представляло собою горы обзола с отходами, скалы из непотребного горбыля, а так же высоченные холмы и пустоши из опилок и стружки, – забавное эстетическое зрелище, пахнущее летом серой и спиртом.

Увидев, что Сергей с важным видом раскуривает старую трубку, Светлана почему-то смутилась. Не сильно, но довольно заметно. Смущение это усилилось еще больше, когда прямо перед своим востреньким носиком слегка близорукая дамочка увидела на подоконнике огромный гипсовый фаллос, слепленный неизвестным скульптором и раскрашенный красками, предположительно для натуральности. Ребята где-то нашли его в свертке и выставили на обозрение… специально для обожаемой госпожи. Гротескный красавец так и просился в бой, поэтому мозг мастерицы начал тихонечко закипать…
А после пяти минут содержательного и поэтичного разговора с Сергеем, смакуя слова о своих огненных волосах и терзающей сердце походке, она начала не на шутку уже опасаться за собственное психическое благополучие и вынуждена была отпустить молодого балбеса домой, сочтя его «обкурившимся какой-нибудь дури».

К чему все эти мелочи? Да хотя бы к тому, что когда вы целенаправленно вызываете у себя видения или практикуете те же осознанные сны – то это одно; и совершенное иное, – если мир грез, во всей своей красочной жути и в полном своем потустороннем великолепии врывается в ваш реальный мирок, ломая его, словно дешевые декорации, искажая и перекраивая под себя.

Странник брел не спеша домой с лесопилки, а ручей петлял рядом с ним, как темный астральный спутник. То, приближаясь, то удаляясь вновь, он весело журчал, встречая преграды, и в трелях его воды слышались дивные голоса распутных русалок…

***WD***

* Генотип — совокупность генов данного организма, которая, в отличие от понятия генофонд, характеризует особь, а не вид. Сходное понятие геном обозначает совокупность генов, содержащихся в гаплоидном (одинарном) наборе хромосом данного организма. Вместе с факторами внешней среды геном определяет фенотип организма.
* Фенотип (от греческого слова phainotip — являю, обнаруживаю) — совокупность характеристик, присущих индивиду на определённой стадии развития. Фенотип формируется на основе генотипа, опосредованного рядом внешнесредовых факторов. Фенотип — совокупность внешних и внутренних признаков организма, приобретённых в результате онтогенеза (индивидуального развития).
* «Красивейшие девушки мира». Эротический глянцевый журнал.

******

На фото Марина Вегнер

Следующая глава 

Оглавление

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.