Глава 5. Инфернальный секс

Где можно найти женщину, которая не против? Чаще всего в веселой поддающей компании. Как любил говорить Колян: «Баба пьяная – пи*да чужая». Поэтому ноги сами привели Вано в дом к одному пьянице, где дверь была всегда открыта для пришедших с пузырем чего бы то ни было, желающих выпить и пообщаться.
Компания подобралась на этот раз дружная, экзальтированная, но безденежная. Когда закончилась последняя бутылка, один из молодых и весьма жаждущих продолжения банкета парнишка предложил задвинуть его «командирские часы».
Продавать их пошли самые трезвые: старый уркаган Паша и проклепанный маргинал Вано. Паша зашел сначала в одну квартиру, потом постучался в другую – часов никто брать не хотел.
— Тут еще Надя живет; она чокнутая, но, может купить, – сказал урка Сергею. – Давай, тоже думай, кому еще можно толкнуть.
— Пошли к Наде, – ответил Вано, хоть и не ведал ни сном, ни духом, кто это такая.

Дверь открыла худенькая… интересная, скажем так, женщина лет тридцати, в домашнем халатике и белом берете. Взглянув на часы, она исчезла темных в недрах своей огромной квартиры. Появившись снова, Надя молча сунула Паше скомканные бумажки и таинственно улыбнулась. Схватив Сергея за рукав одежды, она стала затаскивать его за порог. Немного растерянный парень оглянулся, глядя на Пашу – тот радостно и утвердительно кивал головой, показывая ладонью знак утверждения-направления, мол: «Спокойно, пацан – все будет путем, – топай-топай».

Надя закрыла  дверь на замок и принялась сразу же у порога снимать с гостя одежду. Убедившись, что все необходимое у него на месте, слегка потеребив пальцами набухшие от порно тестикулы, Надя взяла Сергея за руку и повела к себе в спальню, на ходу сбросив халатик из белого шелка.

Радостный парень привлек к себе девушку, начал целовать груди и шею, одновременно проникая пальцами в мягкую нежную, истекающую соком вагину. Ловко нащупав и помассировав двумя пальцами заветную точку внутри, начитавшийся соответствующей литературы и насмотревшийся пособий юнец, заставил оторву изогнуться и кончить, не доходя до постели, понимая при этом, что заслуга тут не столько его… Просто встречаются в жизни подобные мультиоргастичные дамы.
Надя толкнула Сергея на кровать и сразу же забралась сверху. Твердый, как камень, член молодого парня достал до самого дна и уперся головкою в матку, которая задрожала, пронзая все тело Нади вонами удовольствия, словно разрядами электричества… Так, во всяком случае, все это ему представлялось.

Спустя какое-то время девушка немного замедлилась. Сергей снял с ее головы берет, ожидая увидеть рассыпающиеся по плечам волосы, но их на голове, почему-то не оказалось.
«Что ж, немного экзотики не повредит, так даже интересней», –  благоразумно решил юноша. Повернувшись и подмяв Надю под себя, он начал так неистово и старательно исполнять свои обязанности, что потом, после второго или третьего общего оргазма, она еще минут двадцать лежала, уставившись в потолок и не подавая никаких признаков жизни.
Очнулась Надя только тогда, когда Сергей, мокрый от душа, присел на кровать и протянул ей стакан лимонада. Надо ли говорить, что на кухне он уже успел проглотить подаренные Коляном грибы.
Напившись и закурив, Надежда впервые за встречу заговорила.

Черт побери, каким же знакомым показался ему этот голос! Именно его он слышал, сидя с Панком в волшебном поезде. Это был один из тех, потусторонних голосов, что сопровождали ребят в мистическом путешествии. Надя скороговоркой рассказывала о своем недавнем пребывании в психушке: Хвалила доктора, отпустившего ее, несла всякую околесицу насчет «Бермудского треугольника»и несколько раз упоминала о той – другой, которая иногда ею овладевает.

— Это из-за нее ты постригла волосы? – спросил почему-то Сергей.
Надя посмотрела на него внимательным и добрым, почти влюбленным пристальным взглядом, в котором не читалось никакого безумия, и сказала:
— Ты самый красивый мужчина Лондона. Давай еще. Я еще хочу. Подожди, ты пробовал циклодол?
Сергей покосился на Надю так, как если бы ему предложили выпить стакан бензина.
— В общем-то… пробовал, – медленно ответил он, слегка сомневаясь: «Не много ли, все-таки, чудес и кайфа для одного дня?»
Надя, кокетливо виляя худенькой попкой, скользнула в соседнюю комнату и вернулась оттуда мгновенье спустя, демонстрирую пораженному парню  здоровенную пластинку таблеток.
— Ешь все, – уверенно сказала она приятным таинственным голосом, – я хочу вас с ней познакомить.

Понимая, что его ждет что-то особенное, Сергей послушно проглотил горсть маленьких таблеток – штук тридцать навскидку. Не дожидаясь начала действия колес и грибов, сгреб худенькую и приятную на ощупь, податливую Надю в охапку и принялся ее возбуждать, вспоминая виденный недавно у Коляна забавный фильмец. Надя не осталась равнодушной к его ласкам и впилась губами в растущий на глазах член…

Вместе с возбуждением росло, усиливалось действие грибов и таблеток, но Сергей уже не понимал этого. Думать и заниматься сексом под кайфом практически невозможно. После того, как они чебурахнулись с кровати, пытаясь применить какую-то немыслимую позу, Сергей отнес Надю на подоконник.

Мерно двигаясь, он вдыхал свежий холодный воздух, что дул из открытой форточки, и наслаждался бодрящим ветерком. За окном на дереве сверкнули два желтых глаза, глядя прямо в упор на ничего не стесняющуюся безумную парочку. Стало слегка неуютно. Не вынимая члена, Сергей подхватил Надю за бедра и отнес на край кровати. То ускоряя, то замедляя темп, довел ее до очередного оргазма, стараясь смотреть в глаза. В них наблюдалось что-то очень уж странное, – газа были скорее кошачьи, чем человеческие.

Вытащив все еще готовый к использованию инструмент, парень взял его в руку, и пару раз шлепнул головкой Надю по лицу. Та, в ответ на такие изящные ухаживания, пощекотала языком уздечку. У Сергея возникло ощущение, что он держит в руке совершенно инородный, странный на ощупь предмет. Чувствительность вовсе пропала. Ощутив какую-то неестественную слабость, он лег на спину. Надя схватила ничего не чувствовавший больше член и, не торопясь, села на него сверху.
Почувствовав что-то неладное, Сергей оглянулся по сторонам. Стена слева исчезла, – теперь там шумел густой тропический лес, –папоротники, пальмы… огромный хвощ упирался в сплошную шумящую крону деревьев. Парень готов был поклясться, что из нее вынырнул и пролетел птеродактиль, поймав на лету огромную разноцветную стрекозу.

—  Как тебе мой сад? – спросила Надя, все еще сидя сверху; голос ее звучал необычайно красиво, и выходил, казалось, из самой груди.
Сергей повернул голову и поднял глаза: сверху на нем сидела совершенно другая женщина. Черные, словно уголь глаза, с красными светящимися зрачками, смотрели на него, не мигая. Длинные ресницы и изогнутые дугой брови напоминали о древнем Египте. Полные чувственные губы обнажали ряд идеальных белоснежных зубов с острыми, как у вампира клыками. Длинный, раздвоенный  язык облизал губы, коснулся кончика носа, а затем, стремительно вытянувшись, лизнул его в щеку. Груди стали на размер или два больше, под смуглой красноватой кожей явно обозначились хорошо развитые мускулы. Широкие бедра, осиная талия, идеальные, словно сошедшие с рисунков фэнтези, пропорции тела… Не дать ни взять – мечта юного задрота-ботаника, вырвавшегося «на свободу».

С большим усилием оторвав взгляд от бюста, Сергей снова взглянул ей в глаза. То, что он увидел, казалось не слишком приятным. Кожа на черепе оказалась разрезана ровно посередине и  натянута на плечи стальными поводками с крючками. Две струны поддерживали открытым разрез на горле дьявольской бестии, – именно поэтому голос звучал так душевно и мелодично. Машинально подняв одну ногу в колене, Сергей тут же почувствовал, как ее обвивает длинный, лишенный растительности хвост. Дьяволица состроила глазки, скромно наклонила голову и улыбнулась.

— А тебя как зовут? – Зачем-то спросил Сергей.
Дьяволица нахмурилась, и угрожающе согнула пальцы с длинными острыми ногтями.
— Значит, ты не узнаешь меня? Не узнаешь Люси? Как ты мог переспать с этой дурой? – спросила она, царапая грудь Сергея ногтями, – Неужели получше никого не нашлось?
Постепенно Сергей начинал что-то соображать. А понимал он, что попал в довольно таки хреновую переделку.
— Так значит, она ждала другую?
— Какой догадливый, – дьяволица сжала член натренированными мышцами влагалища и криво ухмыльнулась. – Оторвать тебе его что ли?
В ответ бедолага только слегка простонал, ожидая самого худшего, но черты лица инфернальной гостьи постепенно смягчились, и в глазах ее мелькнула хитрая похотливая искорка.

Все чувства внезапно вернулись к Сергею, и то, что он испытал потом, в объятиях этого неземного создания, навсегда изменило его представление, как об идеальной женщине, так и о сексе в целом.

— Это тебе на память, – сказала адская бестия и провела по плечу Сергея острым, как бритва ногтем.
Кожу нестерпимо зажгло, но крови почти не было видно. Оставшаяся метка напоминала написанный на иврите иероглиф «Вау». Очертания Люси стали расплывчатыми, – она словно растворялась в ночи.
— Неслабо ты погрезить наяву, – добавила дьяволица, усмехаясь по-женски зловеще. Голос ее, такой глубокий, приятный, гипнотизирующий, казался уже далеким призрачным эхо.
— Мы еще встретимся? – тревожно спросил Сергей, не в силах смириться с происходящим.
Сердце его словно сдавила рука в железной перчатке. Уже совсем далекий, едва различимый в странной тихой мелодии голос, похожий на доносимые ветром слова когда-то знакомой полюбившейся песни, промолвил чуть слышно:
— Только не с ней…

Парень взглянул на стену. Сад Люси находился все еще там, но начал меняться. Растительность стала реже, обрела более культурный, ухоженный вид. Сплошная, непроницаемая до этого крона деревьев, пропускала теперь лучи кроваво-красного солнца. В глубине сада появилась прозрачная стеклянная лестница, ведущая куда-то вверх. По ступенькам спускался, звеня золотыми шпорами, мужчина лет сорока. Он был одет в изящные, золотые с чернью доспехи, покрытые чеканными узорами и гравировкой. На перевязи висел длинный меч, похожий скорей на широкую шпагу. В руках рыцарь держал старинную книгу.
— Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю, – раздался глубоко в голове Сергея его сильный и властный голос.
— Стою у двери и стучу, – ответил Сергей, неожиданно вспомнив слова из «Откровения».
— Взойди сюда, и покажу тебе, чему надлежит быть после сего, – с этими словами, рыцарь сел на ступень лестницы, открыл книгу и углубился в чтение.

Сразу же вслед за этим в саду стремительно наступила осень. Листья желтели и падали вниз, с тихим шелестом касаясь поникших растений. Цветы увядали, чернея и умирая на глазах. Сквозь шорох листьев послышался шепот тысячи голосов, отдаленные стоны и всхлипывания. Очень печальный, красивый женский голос нараспев произнес фразу: «Синяя книга – черный фолиант…».
То, что произошло вслед за этим, вряд ли можно описать человеческим языком. Все вдруг стало ужасно логичным и жутким. В каждом сплетении веток, в каждой, без исключения, вещи прослеживалась дьявольская закономерность, читались знаки и символы. Даже в траве можно было увидеть таинственные скрижали. Возникло ощущение, что весь мир настолько просчитан математически и предсказуем, что и такая хаотичная штука, как полет мухи, представлялся некой трех… нет четырехмерной функцией-графиком, уравнением, алгоритмом.

Происходящее представлялось весьма жутковатым. Если бы какой-то жрец Вуду бросил в этот момент перед Сергеем гадальные кости, то он без труда бы прочел в них свое будущее. Это было и сумасшествием и откровением одновременно. Должно быть, так видят мир настоящие ведьмы, колдуны и гадалки.

— И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее, – вырвалось у Сергея.
Рыцарь, не глядя на него, поднял одну бровь и сказал:
— Иди и смотри.

Вслед за его словами, перспектива сада стала меняться. Лестница находилась уже где-то вдалеке, едва различима; деревья, смыкая верхние ветви, становились колоннами и готичными арками копьевидной правильной формы. Растительность внезапно исчезла – ее стер белый туман. На месте увядших трав и цветов появился блестящий черный мраморный пол, в который они медленно превратились. Вдоль стен, покрытых древними гобеленами, в нишах зеленым светом горели яркие факелы.

За колоннами промелькнул знакомый женский силуэт. Это была, несомненно, она – его таинственная дьяволица, Люсильда.  Усилием воли Сергею удалось буквально приблизиться к ней, увеличив живую картинку. Она вздрогнула, ощутив его взгляд, но вовсе не обернулась, а ухватилась за бронзовое кольцо, торчащее из пасти грифона, потянула его на себя и открыла огромную дверь. Пройдя в нее, дьяволица вдруг вскрикнула, схватилась за сердце и упала, мертвая, навзничь.

                                                         ***WD***

Md, mua — Stefano Dee. Спасибо, Стефани. Ты прелесть)
Ph — Андрей Резун

Следующая глава

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.